В один из своих приездов в Италию Пётр Ильич Чайковский задумал новое оркестровое сочинение, которое мыслил как «что-нибудь вроде испанских фантазий Глинки». Стоял декабрь 1879 года, когда он из Парижа приехал в Рим. Вечный город поразил его сочетанием древнего величия с живой, непосредственной народной жизнью, непринужденно выливающейся на улицы. Наступило время традиционного римского карнавала. Композитор наблюдал это ранее никогда не виденное им зрелище — веселье римской толпы, с криками, хохотом, бегом лошадей по улицам, запруженным народом, пушечными выстрелами, танцами и песнями. Это веселье поразило его  искренностью и непринуждённостью.

Итальянское каприччио впервые прозвучало в Москве, в симфоническом концерте Русского музыкального общества под управлением Н. Рубинштейна 6 декабря 1880 года и вызвало восторги публики. Однако критика была более сурова. Композитора обвиняли в грубости, аляповатости, плохом выборе тематизма. В Петербурге первое исполнение нового сочинения Чайковского состоялось 26 декабря того же года под управлением Э. Направника, прекрасного музыканта и друга Чайковского. Но петербургская критика оценила каприччио еще более пренебрежительно: «К художественным произведениям эту вещь причислить невозможно, но для садовых концертов — это дорогой подарок». Однако со временем это яркое, блестящее сочинение заняло заслуженное место в симфоническом репертуаре.

Сергей Сергеевич Прокофьев начал работу над Вторым фортепианным концертом в 1912 году. Премьера состоялось 23 августа  1913 года в концертном зале Павловского вокзала в исполнении автора под управлением дирижёра Асланова.

Музыка произвела сильнейшее впечатление на большую часть аудитории. «Дикий» темперамент концерта оставил некоторых прогрессивных слушателей восхищёнными, но большинство   было напугано новым стилем: «К черту эту футуристическую музыку», «Что он делает, высмеивает нас?», «Кошки на крыше лучше поют»).

Известный критик  Каратыгин считал концерт  «наиболее значительным созданиям новейшей отечественной музыки»: «Публика шикала. Это ничего. Лет через 10 она искупит вчерашние свистки единодушными аплодисментами по адресу нового знаменитого композитора с европейским именем».

Во время Гражданской войны партитура сгорела, и позже композитор восстанавливал её по клавиру. Его друг композитор Николай Мясковский писал ему в 1923 году: «По-моему — это классический концерт по ясности форм, сжатости мысли и определённости, выпуклости изложения. Темы превосходны… Когда я вчера ночью ваш концерт читал (уже лёжа), я всё время бесновался от восторга, вскакивал, кричал и, вероятно, если бы имел соседей, сочтён был бы за сумасшедшего. Вы просто ангел!»        

Под впечатлением арабских сказок «Тысяча и одна ночь» в 1888 году Николай Андреевич Римский-Корсаков написал симфоническую сюиту «Шехеразада». Сказались традиции «Востока» в русской музыке, идущие от «Руслана и Людмилы» Глинки. Восточный колорит  создан с помощью цитирования восточных мелодий, тем в восточном духе, имитации звучания восточных инструментов. Сначала каждая часть сюиты имела название, потом Римский-Корсаков убрал названия частей.

Но они всё-таки сохранились, так как музыка ярко программна:

1. Море и Синдбадов корабль

2. Рассказ царевича Календера 

3. Царевич и царевна 

4. Праздник в Багдаде 

В 1910 году Михаил Фокин поставил балет «Шехерезада» на музыку Римского-Корсакова, с декорациями и костюмами Бакста.

Соло скрипки в сюите  исполняет концертмейстер оркестра народный артист России Валерий Карчагин.

Интересно, что как раз в эти дни исполняется 25 лет с того времени, как Валерий Юрьевич вступил в должность концертмейстера оркестра, сменив на этом посту Михаила Исааковича Турича.

Фортепианный концерт Прокофьева исполняет лауреат международных конкурсов солист Новосибирской филармонии Дмитрий Карпов. Он также находится на сайте исполнителей Московской государственной филармонии.